Став невольной свидетельницей этого тяжелого разговора родителей, Гвен бесшумно отступила от приоткрытой двери. Услышанное заставило её глубоко задуматься. Внутри липким холодом разрасталось предчувствие, что новости о серийном убийце каким-то извращенным образом связаны с её кошмаром. Но как она ни старалась, связать все зацепки воедино, словно натянуть красные нити между уликами на доске расследования, никак не выходило.
Больше всего её сбивал с толку сам финал сна. Неужели тот парень действительно обладал какими-то сверхспособностями, завязанными на гипнозе или глубоком внушении? Гвен сильно сомневалась. Да, видение было до жути реалистичным, и самой подозрительной деталью в нём оставался этот самый «Фил». И всё же она упрямо склонялась к мысли, что кошмар был спровоцирован чем-то иным. Если Фил и не был прямой причиной вторжения в её разум, то совершенно точно являлся косвенной.
Единственное, что Гвен могла сейчас утверждать наверняка: в грядущую пятницу с ней должно произойти нечто ужасное. И случится это либо на самой вечеринке, либо сразу после неё. Точка пересечения — Фил.
Перед ней стоял примитивный выбор, бежать или сражаться. А Гвен никогда не отступала... ну, или почти никогда. К тому же сейчас у неё на руках был весомый козырь: она находилась в тени, заранее зная о надвигающейся опасности, в то время как её потенциальный противник самонадеянно оставался на свету.
Значит, решено. Она пойдет на эту вечеринку и устранит угрозу раз и навсегда, даже если для этого придется пойти на самые радикальные меры. Гвен решительно сжала кулаки в темноте спальни. Она ни за что не позволит врагу нанести удар и необратимо сломать её жизнь.
— Уверена? — спросила Ева.
— Да! — решительно ответила Гвен. — План в силе: мы всё так же должны выяснить о противнике как можно больше. До вечеринки ещё уйма времени, и я тут вспомнила одну важную деталь. Эм-Джей знакома с Филом. И, кажется, довольно близко — уж точно достаточно, чтобы знать его фамилию или хотя бы где он учится. А дальше уже дело техники.
— Надеюсь, той самой техники?
Гвен привычно проигнорировала слова Евы — с каждым разом у неё это получалось всё лучше и лучше. Да и первоначальное волнение уже сменилось растущим азартом перед грядущим расследованием и возможным столкновением.
Она потянулась к телефону, но остановилась, едва коснувшись экрана. Написать Эм-Джей прямо сейчас было бы слишком странно. Слишком подозрительно. Это можно сделать в школе и при личной встрече.
Гвен медленно убрала руку от телефона и выдохнула.
Да. Так действительно будет лучше.
Сообщения всегда оставляли след. Их можно было перечитать, показать кому-то, переслать. А обычный разговор в школьном коридоре растворялся без остатка — в шуме голосов, хлопанье металлических шкафчиков и скрипе кроссовок по лакированному полу. К тому же Эм-Джей гораздо легче было разговорить лицом к лицу. Она обожала драматичные подробности и всегда мастерски делала вид, что выше банальных сплетен, хотя на самом деле знала обо всех в школе чуть больше, чем следовало.
Заводить бумажный дневник или делать заметки тоже не стала. С одной стороны, крупиц собранной информации пока не хватало для полноценных записей. С другой — даже если бы улик набралось достаточно, она ни за что не оставила бы материальных зацепок. Гвен понятия не имела, чем в итоге закончится эта история, но была абсолютно уверена в одном, для её врагов финал точно не будет хорошим.
С этой мыслью она всё же заставила себя лечь обратно в постель.
Спать она точно не собиралась. Сон теперь казался чем-то невозможным, чужим, как будто стоило ей закрыть глаза — и всё услышанное тут же сложится во что-то окончательное, пугающее, от чего уже нельзя будет отмахнуться. Но в кровати, под одеялом, было спокойнее. Тонкая ткань словно отгораживала её от тёмной комнаты, от приглушённых голосов за стеной, от ощущения, что привычный мир дает трещину.
Она подтянула одеяло выше, до самого подбородка, и уставилась в потолок. Так точно лучше думалось. Медленно прикрыв глаза в голове начали мелькать сцены из сна. Если это действительно предупреждение, значит, его нужно разобрать. Разобрать по частям, как улику.
Поверх сцен из сна сами собой начали накладываться другие воспоминания — страницы прочитанных детективов, подчеркнуто спокойные рассуждения сыщиков, схемы расследований, где любая мелочь могла оказаться ключом. В книгах всё выглядело правдоподобно. Есть преступление, есть мотив, есть следы, есть ошибки, которые убийца обязательно совершит.
В жизни всё было грязнее и туманнее.
Гвен вспомнила участок, куда иногда попадала вместе с отцом. Запах кофе, бумаги и дешёвого чистящего средства. Усталые лица детективов, их короткие разговоры вполголоса, доски с фотографиями, датами, стрелками и фамилиями. Тогда ей казалось, что взрослые просто знают, куда смотреть. Что у них есть какой-то особый навык, позволяющий видеть порядок там, где остальные видят только хаос.
Теперь она отчаянно хотела этот навык.
Она попыталась мысленно разложить всё по полкам. Что она знала точно. Что только предполагала. Где начинались эмоции, а где оставались факты.
Сон. Фил. Вечеринка. Пятница. Новости об убийце.
Слишком мало. Этого было недостаточно для реального прогресса, но чтобы занять мысли до встречи с Эм-Джей. Достаточно, чтобы начать задавать вопросы. Гвен глубже зарылась под одеяло и снова открыла глаза. Потолок молчал, но мысли наконец перестали метаться вслепую.
http://erolate.org/book/1972/225660
Готово:
