Им предстояло выяснить ещё много вещей. Первым делом, им нужно было больше узнать об этом месте. Этим в основном занимались Апексус и Аклизия. Теперь, когда Апексус принял гуманоидный облик, его почти нельзя было отличить от представителей любой расы с крыльями. Ну, издалека по крайней мере.
Но ему пришлось поупражняться в полёте в этой форме. Самой большой проблемой был взлёт. На то, чтобы взлететь с места без разбега у него ушло несколько попыток, но в итоге он смог это сделать. Таким образом, Апексус и Аклизия смогли нарисовать себе карту местности.
Погода, по крайней мере там, где они оказались, была устойчивой. Аклизия заметила признаки того, что это был очередной Лист» с неизменными сезонами, которые выражались в основном в том, что у деревьев были индивидуальные циклы цветения. В мирах, где сезоны сменяли один другой, коих было довольно много, деревья и растения в основном начинали цвести после зимы. Так это объяснила Аклизия заинтересовавшемуся Апексусу.
В Листах, где не существовало осени и зимы деревьям никогда не приходилось сбрасывать листву, это не было частью их жизненного цикла. Вместо этого они могли просто продолжать расти, как захотят. Это нарушало естественную синхронность лесов, когда у каждого дерева имелись свои сроки сброса листвы и начала репродуктивного цикла.
В общем это значило, что они оказались либо в вечной весне, либо в вечном лете. Судя по тому, что здесь преобладали цветущие деревья и цветы, а также был относительно юный вид всего остального, не говоря уже о мягком климате, вечное лето казалось наиболее вероятным вариантом. В мире, где растения воспроизводили себя каждые два месяца, им не нужно было доживать до старости. Из-за этого большинство деревьев погибали в молодом возрасте, но их место быстро занимали другие.
По крайней мере, так предполагала Аклизия. Большая часть того, что она знала за пределами основ Ктании было тем, до чего ей пришлось додумываться самой. Её отец стёр у девушки ангельскую интуицию об Омнивёрсе и его устройстве, когда Аклизия выбрала жизнь со своим возлюбленным.
Апексус находил всё это логичным, к тому же их версии о лете нашлось ещё несколько подтверждений. Цветы имели тот же десинхронизированный жизненный цикл, что и деревья. Большинство животных перемещались в постоянных парах и имели десинхронизированный период спаривания, прямо как у растений вокруг них. И, наконец, последним доказательством стали найденные Апексусом несколько крайне прожорливых насекомых. Во взрослой стадии развития они все имели сходства с мухами, но их личинки специализировались на очистке лесов от отходов. Мёртвая древесина, гниющее мясо, жухлая трава – одна личинка этих насекомых без труда съедала всё вышеперечисленное.
Какими бы ужасными на вид и вкус (как выяснил Апексус) личинки не казались, они были причиной постоянного наличия места для новой жизни. Мёртвого дерева, куда муха могла отложить свои личинки, хватало будущим мухам на три месяца сытой жизни. Корни дерева поглощали черви и кроты, оставляя после своей работы только новую здоровую почву.
Но куда более важным нашей троице показалось то, сколько вокруг них было магии. Олени с ограниченной способностью ходить по воздуху, медведи с их молниями, кабаны, которые использовали магию земли, чтобы быстрее рыть землю и это лишь некоторые из перечисленных животных. Высшими хищниками были ходящие стаями волки, которые использовали магию, как Рейша и другие авантюристы ближнего боя, что для усиления своих мышц не применяли ярких заклинаний.
Они не представляли для трио особых проблем. Вернее, мелкой, но всё же проблемой было то, что Апексус не получил от них перманентного Роста. Но это значило и то, что у них появился постоянный источник пищи. Троице требовалось только постоянно перемещаться и не оставлять после себя беспорядка. Поедание всего подряд только в одном месте привлекло бы к ним ненужное внимание.
Тропы были достаточно просторными для удобной ходьбы. Лист был гораздо больше Ктании. Они были только на первом острове, но он уже был гораздо больше мира с вечным летом, где они встретились.
Ещё в этом месте было много поселений Листе, ну или в той части, где они оказались, судя по всему, были эльфы. Последние обычно обладали загаром, высоким ростом, амазонской внешностью, поджарыми мышцами и тёмными глазами. Древесные эльфы, за исключением чуть более светлого цвета кожи, были быстрыми, обладая обострёнными чувствами, особенно зрением и слухом. Но они уступали в силе и выносливости людям, самой разносторонней расе Омнивёрса. Их расовые признаки ограничивали их в выборе профессий. Из них получались отменные лучники и имели большую склонность к друидизму. Но эльфы плохо проявляли себя на передовой, особенно в тех ролях, где нужно было выдержать натиск врага.
Жили эти эльфы в небольших деревнях, разбросанных по всему лесу. Селясь вместе от ста до тысячи человек. Города у них, конечно, тоже были, и в них жило ещё больше эльфов, но построено их было очень мало. Спустя примерно две недели скитаний по лесу и окраинам цивилизации эльфов, троица стала чувствовать себя в этой новой среде достаточно комфортно, чтобы решиться попробовать что-то новое.
Через некоторое время трио столкнулось с банальной дилеммой: им были нужны деньги для покупки одежды и входа в деревни, но для получения денег нужно войти в деревню. Ими был рассмотрен и вариант кражи, но Аклизия строго настрого запретила использовать его в любом случае, кроме крайне необходимой. Апексус согласился с ней по моральным и прагматичным причинам. Они не хотели ничего красть. Рейша ничего к обсуждению добавить не смогла и только бормотала о том, что она постоянно принимала ужасные моральные решения. Тогда было решено, что троица попытается связаться с цивилизацией по-другому.
Аклизия, одетая в вещи, которые с большой натяжкой могли сойти за приличные, и будучи той из группы, кто с наименьшей вероятностью сможет привлечь ненужное внимание своими словами или действиями, вошла в одну из деревень с большим количеством жителей и стала искать задание, которое они могли бы выполнить.
Она вернулась к своим компаньонам с хорошими новостями о том, что многие предметы из дикой жизни пользовались здесь стабильным спросом. Зубы, рога, шкуры и всё подобное использовалось жителями деревни в ремёслах и/или проведении ритуалов. Несмотря на отсутствие инструментов и навыков для свежевания животных, Апексус вполне мог выплёвывать кости тех из них, кого он съедал. Просто ему потребуется немного сдерживать себя, чтобы не съесть и вкусный костный мозг, но это было вполне возможно.
Они убивали медведей и других животных, Апексус отбеливал кости, а Аклизия ходила продавать рога и прочие кости в идеальном состоянии за хорошую цену. Те из эльфов, кто сомневался в том, как ей удавалось приносить на продажу настолько отбелённые кости бросали на неё подозрительные взгляды, но вопросов не задавали. Скорее всего, потому что металлическая фея заходила в деревню только по делу, после чего сразу же уходила.
Первым делом она купила себе новую одежду. Вопреки её возражениям, Апексусу и Рейше удалось убедить Аклизию в том, что лучше всего будет, если прилично выглядеть будет именно она. Она была той, кто продавала полученное сырьё. Кроме того, одежда Апексуса и Рейши только перепачкается в крови на поле боя.
Они продолжали ходить по лесу ещё две недели. Они ходили из одной деревни в другую, продавали в них разные вещи, что оставались после перекусов Апексуса, узнавали о новых травах, которые тоже можно было продавать по хорошей цене, собирали и продавали ещё и их, и таким образом смогли медленно сколотить свой капитал. Они смогли купить себе стандартную сумку авантюриста для более удобного переноса своих товаров. Потом ещё одну сумку для Рейши. После этого они купили ещё одежды.
Это была обычная одежда, которую можно найти в деревнях. Лёгкая тканевая, укреплённая кожей броня Рейши была прочной и выполняла свою задачу, но уступала старой броне и комбинезону члена городской стражи. Но самым важным было то, что эта новая броня была относительно дешёвой и приличной на вид.
Апексус получил длинный плащ, перчатки, ботинки и простую деревянную маску. Все вместе делало его облик более чем подозрительным, но это было лучшим из всех альтернатив. К концу всех этих покупок троица снова оказалась банкротами. Они не могли позволить себе ни третью сумку, ни кинжал для Рейши. Ведь одежда не была дешёвым удовольствием.
В одну из ночей после того, как с этим всем было покончено, лежавшая вместе с Аклизией под одним из крыльев Апексуса, Рейша повторила свой вопрос.
– И что теперь?
Теперь ее вопрос пугал меньше. Они неплохо освоились в этом месте, узнали, что они могут есть и что они могут приходить в деревни за минимальными запасами. Тем не менее, они всё ещё знали слишком мало об этом месте. На что и указал в своём ответе Апексус:
– Нам нужно попасть в город и собрать побольше информации.
Рейша напряглась. Кроме Аклизии никто из их группы не входил ни в одно из цивилизованных поселений, кроме Ктании. Купленная одежда была подготовкой к этому и слизь не видел смысла откладывать это и дальше.
– Я согласна, – робко кивнула металлическая фея, лежавшая под другим крылом слизи. – До сих пор я предпочитала держаться ниже травы, а не задавать вопросы. Я не хочу идти на ненужный риск, а любой лишний разговор – это ещё один шанс того, что кто-то может вспомнить нас. Если бы я видела другой способ продвинуться вперёд, то предпочла бы его. Но если мы собираемся принимать обдуманные решения, то должны знать, что нас окружает. Карта, план местности, знание того, что где находится и чего мы можем там добиться.
Аклизия стихла, опустив взгляд.
– И я хочу отдохнуть. Сейчас мы в большей безопасности, чем были на протяжении многих месяцев, но…Я хочу остановиться где-нибудь в безопасном месте.
Апексус не очень разделял подобное желание, ведь он-то уже привык часто переезжать с одного места на другое. Всё его естество было рассчитано на миграцию и поиски новых мест пропитания.
– Если таково желание миледи, – Апексус крепко обнял обеих девушек.
Рейша снова выглядела так, словно в любой момент заплачет.
– Я не знаю, смогу ли, – пробормотала девочка-тигр.
– Остаться в безопасном месте? – немного нетактично поинтересовался Апексус.
Он в самом деле не понимал.
– Быть полезной, – ответила Рейша и обняла ногу слизи, по-прежнему лёжа под одним из его крыльев. – Я всё ещё чувствую себя…такой медленной. Прошёл уже месяц и мне жутко не хватало Ноира, тем не менее… я словно парализована. Я могу двигаться в бою и делать то, что могу, но ничего из этого даже близко не похоже на то, что я могла делать раньше. Всё что я могу теперь, так это убивать низкоуровневых животных.
Рейша удрученно покачала головой, добавив:
– Но даже это я не могу делать в одиночку.
Она вспомнила происшествие, которое случилось неделю назад. Они охотились на кабана. Ничего сложного. Должно быть это был уже седьмой кабан за две недели их пребывания здесь. Рейша успешно подкралась к зверю, напрыгнула на него и выколола ему глаз. Ответная реакция должна была быть очевидной. И она была такой. Но Рейша среагировала слишком поздно, и кабан успел пронзить её живот своим бивнем, оставив в теле девушки дыру.
По чистой случайности кабан потом ринулся на Апексуса, и они смогли убить этого зверя, но Рейша проиграла в бою кабану. Если бы не лечение Аклизии, Рейша померла бы на месте от потери крови. Это была бы жалкая смерть.
И это был не единственный такой случай, просто этот был самым примечательным. Всякий раз, когда Рейша пыталась исполнять в бою не роль поддержки, она получала ранение. Её тело двигалось невероятно медленно, если двигалось вообще. Иногда она просто замирала прямо во время боя. Малейший выброс адреналина мог вызвать у неё неприятные воспоминания. То, как её кулаки избили лицо Инквизитора в кровавое месиво. То, как её внутренности жарились демонической магией. И крики полные ужаса.
Даже во время самой первой охоты на того медведя, Рейша смогла разве что получить удар молнии, да сломать рог. Не очень хороший показатель для кого-то, кто когда-то мог в одиночку одолеть трёх авантюристов, каждый из которых был сильнее медведя.
– Для вас может быть лучше оставить меня позади, – пробормотала Рейша, сморгнув слёзы.
– Не говори глупостей, – Апексус ответил более резким тоном, чем хотел.
– Я не говорю глупостей, – Рейша ответила слизи суровым взглядом. – Я причина того, что мы оказались во всём этом. Я причина того, что мы сидим в лесу хрен знает где, с фиговой экипировкой, с психологическими травмами и неуверенные в том, что нам делать дальше! Я вам даже никак помочь не могу! Я даже не могу удовлетворить тебя каким-либо образом! Я слабая, беспомощная и должна сдохнуть.
– Ты не единственная причина, по которой всё это произошло, – ответил Апексус. Он ощущал странную злобу из-за того, что Рейша так говорила о себе. – Ты сделала неверный выбор после целой череды событий, да. Но не более того! Не кори себя за всё, что случилось!
Апексус взял рыжеволосую девушку за плечи, и подтянул её к своей груди.
– И то, что я не могу завести с тобой ребёнка ещё не значит, что я тебя не люблю, хорошо?
В прошлом Рейша бы засмеялась над такими словами. Часть про невозможность завести ребёнка звучала совершенно ни к месту. Но вместо этого сейчас девушка-тигр только повесила голову.
– Я всё равно слабая.
Аклизия наклонилась через торс лежавшего между ними слизи и приложила свой лоб ко лбу Разбойника.
– Слабые женщины всё ещё могут искупить вину.
– Как может девушка, которая даже кабана убить не может, искупить вину за снятие печати с полубессмертного чернокнижника и его отряда грёбаных монстров? – спросила ее Рейша. – Я правда этого хочу, но как по-твоему мне это сделать, а?!
– День за днём, – прошептала Аклизия, нежно поглаживая щёку другой девушки своим пальцем.
Рейша сглотнула слюну и стихла.
Нам нужно куда-нибудь добраться.
Снова осознал этот факт Апексус и увидел, что Рейша хотела того же, что и металлическая фея, только ещё сильнее. Им была нужна лучшая, более безопасная среда. Если им повезёт, они смогут найти такую где-нибудь на этом острове.
http://erolate.org/book/2265/245554
Готово:
