Немного поспорив, они всё же определились с тем, в какой город отправятся. Всё свелось к выбору между небольшим и большим городом. Желавший иметь хоть какое-то понимание происходящего Апексус настаивал на первом варианте. Он считал город Херарли уже сбивающим с толку, хотя и видел его только издалека. Знание о том, что размеры других городов были ещё больше, лишний раз убедили его в том, что в случае, если они застрянут в таком городе в тот момент, когда всё пойдёт по наклонной, то они будут открыты для нападения со всех сторон.
С другой стороны, Аклизия настаивала на том, что им будет безопаснее в больших городах, среди постоянно движущейся толпы. Чем больше вокруг них будет людей, тем меньше они будут среди них выделяться. Так как самый крупный город на Листе из тех, что они уже видели, находился у Черешка, то была велика вероятность того, что его население представляло из себя целую мешанину разных рас.
Конец спору положила Рейша, сказавшая, что ей спокойнее будет в небольшом городе. На этом спор и закончился, а Аклизия признала свое поражение. Не то, чтобы она была особенно расстроена этим, ангел-хранитель была не из тех, кто зацикливается на подобных вещах.
Апексус поднялся в воздух и стал высматривать ближайший к ним город. Поиск не занял слишком много времени. Местные эльфы имели привычку обозначать свои города большими бирюзовыми шпилями. Сидя на крыше здания в центре города троица обычно могла отметить, где находится занимавшийся своими делами местный аванпост Торговой гильдии. В качестве альтернативы они могли присесть на крышу здания мэрии. В любом случае этот ориентир и являлся для них нужным ориентиром, и троица продолжила идти вперёд к нему.
На то, чтобы прийти в город у них ушёл целый день, но они смогли правильно рассчитать время и зайти в него в разгар дня. Люди из разных деревень катали по дорогам свои телеги, чаще просто толкая их руками. Но иногда в телеги были запряжены быки или лошади. Сегодня был день торговли, случающийся дважды на неделе примерно в одной и то же время по всей ближайшей местности. Поэтому троица оказалась окружена людьми со всех сторон.
В основном это были лесные эльфы, но было здесь и приличное количество таких, кто имел на своем теле что-либо от оленей. Особенно сильно выделялись те из них, у которых верхние половины тел были эльфийскими, а нижние оленьими. Дриады также принимали участие в торговле и это всех вполне устраивало. Потому-то, и к их троице никто не проявлял особого интереса.
Но это не слишком-то успокаивало Апексуса. Слизь ощущал себя добычей, которая с разбегу прыгнула в котёл с кислотой и пыталась еще плавать в нём. Каждый его шаг сопровождался минимум двумя поворотами головы. Скрип колёс, смех группы жителей, бормотание и жесты в направлении их троицы, все эти звуки заставляли перья на его крыльях распушаться, а сами крылья слегка раздвигаться в стороны, чтобы быть готовыми в любой момент поднять слизь в воздух.
Аклизия положила нежную руку ему на плечо.
– Дорогой, тебе нужно успокоиться, – прошептала она. – Чем более нервным ты будешь выглядеть, тем сильнее мы будем выделяться.
– Я постараюсь, – ответило химерное создание, прижав крылья к спине.
Апексус перестал смотреть на всё, что привлекало его внимание, усилием воли удерживая голову прямо, не поворачиваясь по сторонам. Тем не менее, тихие слова, произносимые с неизвестными ему акцентами и иногда на неизвестных ему языках, продолжали заставлять его не терять бдительности. Как бы сильно он ни старался расслабиться, у него просто это не получалось.
Услышав резкий звон удара металла о металл, Апексус подпрыгнул на месте. Находясь посреди улицы, он встал в боевую стойку: руки, поднятые на уровень груди, слегка согнутые в коленях ноги и крылья, сложенные на манер щита. Не знавшие, что происходит, люди поспешили отойти от него подальше.
Кузнец оторвал взгляд от наковальни и посмотрел на него, вскинув брови:
– Что-то не так?
– Нет… Нет… Простите, – извинился Апексус и медленно отошёл назад, в основном, потому что Аклизия тянула его за рукав.
Троица зашла в проулок, чтобы перекинуться парой слов в относительно изолированном месте.
– Нам не нужно лишнее внимание! – тихим шёпотом отчитала Апексуса Аклизия. Её тон сильно отличался от обычно спокойного. – Этот кузнец может запомнить нас. Кто бы нас не искал, спросив у него про нас один раз, он получит наводку.
– Прости, – снова извинился Апексус. Дважды посмотрев себе через плечо, он добавил. – Здесь так много всего, что может навредить нам, что мне от этого не по себе.
– Эти люди не хотят причинить нам вреда. Нам нужно просто ходить мимо них и все.
– Откуда ты знаешь это? – наклонив голову набок, спросил Апексус. Он был искренне заинтересован тем, как она пришла в подобным выводам – Раньше мы уже ошибались.
Это заткнуло Аклизию, на лице которой проявилось отчаянное выражение. В проулке раздался громкий крик вороны, и Апексус ощутил, как его крылья уже трутся о каменные стены здания, упираясь в них. Проулок был слишком узким, чтобы вместить в себя весь размах его крыльев. Но не успел Апексус наломать дров, как увидел причину своего волнения. Ворон, что сидел на крыше соседнего здания и каркал кому-то из своих сородичей. Он постарался вновь взять себя в руки.
Апексус ощутил разлившуюся по его телу из его ядра магическую энергию. Сильные удары, что истощали его запасы энергии, но сохраняли остроту его чувств в любой момент. Каждая секунда, которую он проводил в этом городе, казалась ему битвой с огромным невидимым зверем. Аклизия собралась было снова отчитать его, но когда их взгляды пересеклись, они внезапно осознали, что прошлые события повлияли на них куда сильнее, чем даже просто пребывание в дикой природе в компании только друг друга.
Вместо того, чтобы продолжить спор, они оба развернулись к Рейше.
– Ты в порядке? – поинтересовался у неё Апексус.
Девушка-тигр выглядела совершенно не в порядке. Её кожа карамельного цвета была на тон бледнее обычного из-за чего её полоски, особенно вокруг глаз, выделялись ещё сильнее.
– Я справлюсь, – вымученно улыбнулась она. – Просто кругом очень шумно…
После минуты, которую группа потратила на то, чтобы успокоиться и прийти в себя, они вернулись на улицы города. Изначально они пришли сюда в поисках того, кто торговал бы картами. Им было необязательно приобретать её, хотя они бы сделали это, если бы она оказалась им по карману. По пути в этот город они заработали немного дополнительных денег, но их общий бюджет едва превышал сумму в две серебряные монеты. Этих денег им едва бы хватило на комнату и тёплую еду в гостинице и то, если бы они были готовы спать на соломе.
Но даже если они не смогут купить карту, троица надеялась узнать хоть какую-то информацию об этом Листе.
Им потребовалось больше тридцати мучительно долгих минут, наполненных едва сохраняемым самообладанием и попытками как можно менее выделяться на общем фоне, чтобы, наконец, найти искомое. Деревянный прилавок, на котором были развёрнуты свитки, исписанные и разрисованные простыми чёрными чернилами. Этот прилавок явно являлся продолжением стоявшего за ним голубого дома. Этот дом стоял на главной улице. Большинство товаров, предлагаемых здесь покупателям, составляли простые картины. Нарисованные умелой рукой простые линии складывались в изображения того, что будет неплохо смотреться на стене в доме, и чьё производство было относительно дешёвым. Среди них имелось и несколько карт, подробно изображавших окрестности в чёрно-белых цветах.
Владельцем прилавка был беловолосый гном с носом так сильно усыпанным бородавками, что он больше напоминал собой огурец. На стене прилавка за спиной гнома висело ещё несколько полностью раскрашенных рисунков. Висели они там с целью уберечь их от лишней пыли. Пыль и вода были вполне реальными опасностями для подобных вещей, даже в такой сухой, жаркий день, как этот. Рядом с прилавком находился общественный колодец с металлической ручкой и цепью для опускания и подъёма вёдер. Дополнительным бонусом (причиной того, почему эти картины были убраны подальше) было то, что любые смелые воры, которые все-таки иногда попадались в этом месте, могли схватить только то, что лежало на прилавке, прежде чем убежать прочь.
Один из рисунков на стене сразу же привлёк внимание Апексуса. Цветная, довольно подробная карта, которая явно была вне их ценового диапазона. На ней было записано название Листа, а также отмечены несколько локаций, которые, как предположил Апексус, представляли опасность.
– Здрасьте! – произнесённое с энтузиазмом приветствие заставило Апексуса подпрыгнуть на месте… снова. Слизь начинал ненавидеть то, что всё в этом месте так раздражало его. Но сильнее этого он ненавидел то, что, судя по всему, он не мог ничего с этим поделать. – Простите, простите, не хотел вас напугать.
Гном поднял перед собой свои перепачканные в чернилах руки, которые были странно большими по сравнению с его крошечным телом. Даже сидя на стуле, который делал его выше и на который он взбирался по лесенке, этот гном доставал Апексусу только до живота.
– Просто заметил, что вы рассматривали одну из моих работ. Понравилась?
Апексус посмотрел на владельца прилавка, не сумев правильно понять старика.
Ему нужны наши деньги? Может он хочет, чтобы я снял маску?
Слизь наклонил голову набок, внутри которой сейчас проносилось всё больше параноидальных мыслей.
Тем временем с трудом поддерживающий улыбку гном подумал.
Думаю, мне стоило не обращать на него внимания.
Но этот ход мыслей оказался прерван тем, что Аклизия прочистила горло, чтобы привлечь его внимание.
– Да, ваш художественный талант привлёк наше внимание, – дипломатично высказалась металлическая фея. – Хотя мы вряд ли сможем позволить себе хоть что-то из этого.
Едва сдерживающийся от того, чтобы отчитать её за такую смену поведения Апексус сосредоточился на том, чтобы стоять на месте ровно.
– Мы нуждаемся в карте всего Лифа и мы будем очень признательны вам, если вы покажете нам какой-нибудь дешёвый вариант, – продолжила Аклизия.
– Ах, авантюристы, мне следовало догадаться! – выкрикнул гном и, спустившись со стула, скрылся под прилавком. – Это объясняет пронзительный взгляд вашего друга. Очень страшный. Он Воин? Боец? Я бы предположил, что Бесшумный Крушитель, но если бы вы были настолько прокачанными в своих классах, то навряд ли ходили бы в местах, вроде этого. А рыженькая тоже с вами? Она очень привлекательная. Если кто-то из вас вдруг ищет себе мужа, вы только скажите мне, а то мои внуки никак не могут себе никого найти. Шучу, конечно. Но не про часть «не могут никого найти», они безумно влюблены в свою работу. Не то, чтобы я был другим в их возрасте…
Из-под прилавка слышался шорох бумаги, пока гном, наконец, не вылез оттуда, уже забыв о своём же вопросе:
– Вот, простая чёрно-белая карта Азении-Ра. С вас пять серебряных.
– … А сторговаться до двух серебряных не получится? – спросила Аклизия с лёгкой надеждой в голосе.
Может карта и была чёрно-белой, но каждая деталь на ней была аккуратно выведена и обозначения были понятны. Дороги и ориентиры хорошо выделялись. Сам пергамент был хорошего качества, ведь должен был выдерживать неоднократное сворачивание.
Гном отрицательно покачал головой:
– Мои вложенные в работу материалы и время сейчас не окупают себя, – он погладил подбородок рукой, внезапно спросив. – Вам совсем не повезло в последнее время? Просто редко когда можно встретить авантюриста, у которого не было бы хотя бы пяти серебряных. Я не хочу слишком много расспрашивать, но…
– И не надо, – внезапно вырвалось у Апексуса.
Его низкий голос прозвучал чуточку зловеще, но это было только из-за маски. То, что этот рисующий карты гном использовал свою дыру для пищи ради такого количества болтовни в манере, будто они все были давними приятелями, изрядно раздражало химерное существо.
– О-ох, простите, простите, – гном стал в панике махать руками.
Для него слизь был почти двухметровым (при такой огромной разнице десять-пятнадцать сантиметров едва ли были заметны) гигантом с относительно стройным телом, но его гигантские крылья с лихвой компенсировали все остальное. Единственными видимыми частями тела Апексуса были эти самые крылья и бледно-голубые глаза с вертикальными зрачками, которые смотрели на гнома холодным взглядом.
Воцарилась неловкая тишина. Апексус продолжал смотреть на гнома свысока, который в этом начал обильно потеть, а Аклизия пыталась придумать способ, которым можно было бы разрешить возникшее напряжение. А именно назревающую проблему между тем, что её возлюбленный отреагировал в более-менее понятной агрессивной манере на замечания гнома, что им не везло последнее время, когда дело дошло до покупки карты.
– Кхм, – Аклизия снова прочистила горло, и гном был очень рад переключить своё внимание на неё. – Пожалуйста, не обращайте на моего дорогого внимания, он не очень знаком с этой средой. Если возможно, я буду рада купить у вас информацию вместо карты? Мы думаем над тем куда нам пойти дальше.
– Ах, да, никаких проблем! – согласился гном и снова залез на свой стул, указав рукой на карту. – Как вы видите, Азения-Ра имеет семь подземелий с широким разбросом уровней. Вы уже должны знать Мирлайт.
Гном произнёс это как нечто само собой разумеющееся и потому Аклизия просто кивнула на его замечание. Ей хотелось уточнить про этот Мирлайт, но она боялась, что это могло вызвать ненужные расспросы со стороны гнома.
– Если пойдёте к югу отсюда, то вам начнут попадаться немного более сильные дикие животные, ем здесь. Как правило, чем дальше на юг, тем более проблемные животные попадаются на пути, но это все не значит, что авантюристы не могут с этим справиться. У нас есть там поселения людей, дварфов и…
Пока гном выдавал Аклизии и Апексусу краткий курс об этом месте, Рейша была сосредоточена исключительно на собственном дыхании. Её глаза смотрели в одну точку, куда-то наверх. Она очень старалась не видеть ничего, при этом стараясь держать глаза открытыми. Если бы она могла сделать то же самое с ушами и носом, то так бы и поступила. Её обострённые чувства постоянно скармливали ей всю деловую суету, которая происходила вокруг них. Мелодичный звон монет, ударяющихся о деревянные поверхности, скрип плохо смазанных весов, крикливые споры между агрессивными торговцами и давними соперниками, дружеские беседы между людьми, которые могли видеться только в эти дни – типичный шум рынка.
Каким-то образом запах пыли был хуже всего. После всех сладких запахов леса пыль, которая поднималась от топота ног по дороге, наполняла ноздри девушки странной знакомостью. В её родной Регрессии, где жаркие дни и пустынные ветра были нормой, часто стоял запах, похожий на этот. Этот запах её родины, дома, который она недолюбливала по многим причинам, что крылись в её личности, заставлял её сейчас испытывать ностальгию по тем временам.
Когда кто-то врезался в неё она была резко выдернута из своих попыток не думать ни о чём. В какой-то момент её разум был насильственно успокоен, но уже в следующий миг её рука сжимала что-то горячее.
Внезапно она снова оказалась в том подвале. Её рука горела, сжигаемая поглощающим жизнь огнём, её плоть мгновенно обратилась в пепел. Жар был невыносимо горячим. Он плавил кости руки девушки и забирался по ней всё выше. Она была там. Она была в сознании и истошно кричала.
Апексус переминался с ноги на ногу, когда вдруг заметил, что у Рейши подкосились ноги. Он побежал к ней настолько быстро, насколько мог со своим жидким телом.
– Что…? – попытался обратиться он к ней, но взгляд широко распахнутых в ужасе глаз Рейши был пустым.
Она упала на землю, не переставая тратить весь воздух в своих лёгких на пронзительный, болезненный крик. Только её рука была напряжена, с силой сжимая железную ручку колодца. От того, что она весь день находилась на солнце, ручка была очень горячей. Но не настолько, чтобы причинить что-то серьёзнее лёгкого дискомфорта здоровому взрослому человеку. Рейша в данный момент не входила в эту категорию.
Осознав, что проблема была как-то связана с этим, Апексус разжал пальцы её руки, отцепив её руку от ручки и оттащил девушку прочь от колодца. Стоило ему сделать это, как воспоминание Рейши резко оборвалось. Боль ушла вместе с ними, но его место заняло ужасающее замешательство. Плача и дрожа, она позволила Апексусу обнять себя. Он гладил её по волосам и бормотал те успокаивающие слова, что приходили ему на ум. Аклизия, невзирая на то, как сильно ей не нравилась эта ситуация, тоже поспешила к ним.
Какое-то время на них пялилась добрая половина рынка. Искренний женский крик разносился эхом по любой среде, какой бы шумной она ни была. Подошедший городской страж, некоторое время наблюдал за обстановкой, но в итоге покачал головой и взялся за разгон зевак.
– Давайте оставим их в покое. Ну же люди, разве у вас нет никаких дел?! – прокричал он.
Как и большинство стражей он был бывшим авантюристом и имел огромное количество догадок о том, что могло так сильно сломить эту девушку.
Гном подошёл к ним и поставил свой стул возле колодца.
– Посадите её на стул, – сказал он очень спокойным голосом, – и наберите воды из колодца.
Прежде чем последовать совету гнома, Апексус переглянулся с Аклизией. Крутя ручку, он вскоре поднял на поверхность ведро с водой. Гном вернулся к ним с куском ткани и стаканом в руках.
– Вот, – он протянул их Рейше. – Возьми.
– Я не заслуживаю этого, – пробормотала девушка-тигр.
– Это не подарок. Просто выпей воды и оботри лицо, – объяснил гном. – Возьми.
Рейша дрожащими руками взяла предметы и сделала всё в том порядке, в котором ей было велено. Она не слишком хотела пить, но ощущение пробежавшего по её телу холода несколько помогло ей успокоиться. Вытерев лицо, она облегчённо вздохнула.
– Я не хочу лезть не в своё дело, но… – заговорил гном. На этот раз Апексус только опустил голову, позволив ему продолжить. – Вы похожи на авантюристов, которые видели что-то, к чему не были готовы.
– Преуменьшение тысячелетия, – буркнула Рейша.
Гном не обратил внимания на иронию в её голосе и только блеснул ей доброй, дедовской улыбкой в ответ. Апексус ненавидел то, что это выражение лица вызвало в его ядре недоверие.
– Я не стану ни о чем расспрашивать вас. Но просто знайте, что здесь есть летний остров со слабыми монстрами и его подземелье лишь на ступень выше тех, что обитают на безопасных Листах. Мы зовём его «Летний отдых» по очевидным причинам. Это популярное место у авантюристов, которые ушли в отставку. Я ничего не предлагаю, – сказал гном и поднял руки перед собой, когда на него устремились три пары недовольных глаз, – но если вы хотите побыть где-то в безопасности, то вам следует отправиться либо туда, либо вверх по Листу к Ктании.
Троица молчала не в силах ответить.
Ошибочно приняв их горе и плохое психическое состояние за нерешительность, гном нацепил самое своё доброе выражение лица и добавил:
– Минутку, – он скрылся в своём доме. Спустя минуту, на протяжении которой вся троица напряжённо размышляла о том, а не сбежать ли им, владелец прилавка вернулся со свёрнутой картой в руке. – Держите.
– Но у нас нет денег, – напомнил Апексус гному.
Гном лишь демонстративно фыркнул носом.
– Вы за кого меня принимаете? – он показал рукой на свой прилавок. – Карта, которую я вам показал одна из моих работ, которую я рисую заново каждую неделю. Она обойдётся вам в пять серебряных, но у вас нет таких денег.
Гном показал свободной рукой на карту, которую держал в другой.
– Это позор, который мой сын нарисовал, когда учился мастерству. Она промокла в некоторых местах и сложена неправильно. А я неудачные карты не продаю, – гном пихнул карту в руки Аклизии. – Так что вы сделаете мне одолжение, правда. Только не рассказывайте никому, что я посмел дать такое покупателю, это разрушит репутацию моего прилавка!
Сказав всё это, гном забрал пустой стакан и кусок ткани, и ушёл обратно в дом позади прилавка. По какой-то причине после всего этого троица без какого-либо труда встала и ушла. Перед спешным покиданием города они сделали только три вещи. Они посмотрели на неудачную карту, которую им дали. Они вернули стул владельца прилавка на место.
И положили все деньги, которые смогли быстро найти в своих сумках авантюристов на сидение этого стула.
http://erolate.org/book/2265/245555
Готово:
