Туман Киригакуре встретил его, как старый враг — густой, вязкий, проникающий в каждую складку плаща, приглушающий шаги и дыхание. Итачи сошёл с лодки на дальнем причале, где рыбаки в потрёпанных плащах молча приняли плату и отвернулись, не задавая вопросов. Вода плескалась о деревянные сваи тихо, почти заговорщически, а над озером висела пелена — вечная спутница этой деревни, скрывающая секреты и шрамы прошлого. Воздух был тяжёлым от влаги, соли и далёкого эха крови: эпоха Кровавого Тумана давно миновала, но её призрак всё ещё витал в узких улочках, в взглядах шиноби с мечами за спиной, в молчаливых патрулях на мостах.
Он шёл бесшумно, тенью среди теней — чёрный плащ с высоким воротником скрывал лицо, делая его одним из многих странников, кого Кири терпела, пока они не нарушали хрупкий мир. Улицы были узкими, вымощенными мокрым камнем, дома нависали сверху, как стражи. Мосты скрипели под ногами редких прохожих, вода в каналах несла отражения фонарей — тусклые, дрожащие. Запахи смешивались: свежая рыба с рынка, ржавчина от старых клинков, влажная земля с тренировочных площадок, где даже ночью слышны были всплески Суитон — шиноби не спали, оттачивая техники в тумане.
Итачи нашёл уединённое место — крышу заброшенного склада у большого озера, откуда открывался вид на резиденцию Мизукаге: высокую башню с остроконечной крышей, окружённую водой, мостами и скрытыми сенсорами чакры. Он сел в тени, прислонившись спиной к холодному камню, взгляд устремлён вперёд. Туман клубился у ног, как живое существо, а в голове — мысли, холодные и острые, как кунай.
Теруми Мэй. Пятая Мизукаге. Имя её эхом отдавалось в его разуме, как удар по воде — круги расходятся, затрагивая всё глубже. Он видел её на саммитах Каге — в воспоминаниях, в отчётах: женщина в расцвете, с красными волосами, ниспадающими волнами, как расплавленная лава, зелёными глазами, острыми и проницательными, способными разрезать ложь на части.
Фигура зрелая, соблазнительная — полная грудь, узкая талия, сильные бёдра, выточенные годами тренировок и битв. Она была воплощением силы Кири: два кеккей генкай — Йотон, лава, способная плавить землю и плоть, и Футон, кипящий стиль, кислотный туман, растворяющий всё на пути. Реформатор, вытащившая деревню из хаоса Йонды, из эпохи резни и паранойи. Но одинока. Шутит о замужестве — "Мне нужен муж, который сильнее меня, чтобы я могла наконец расслабиться" — но остаётся без пары. Власть — тяжёлый груз, деревня требует стабильности, наследника, но гордость не позволяет выбрать слабого.
"Она — идеальный ключ," — подумал Итачи, взгляд неподвижен в тумане. Если Мэй родит от него ребёнка — с Шаринганом Учиха, смешанным с её лавой и паром — это будет не просто сильный шиноби. Это будет наследник трона Мизукаге, монстр: глаза, копирующие техники Суитон, усиливающие Йотон неугасимым чёрным пламенем Аматерасу, туман, растворяющий врагов в сочетании с гендзюцу, в перспективе, нужны лишь условия. Ребёнок вырастет под её крылом — лояльный матери, но с кровью Учиха, главное вовремя рассказать ему. Совет старейшин примет — для стабильности, для силы. Ао, Чоджуро, мечники — подчинятся. В перспективе — клан Учиха управляет Киригакуре через кровь. Не война, не открытое завоевание — тихая инфильтрация, вечная. Одна из пяти великих деревень падёт под контроль Учиха — без единого удара меча. Это — его путь. Холодный, расчётливый, неизбежный. Он виноват в смерти своего клана, поэтому возродить его, только его ответсвенность.
План формировался в уме слой за слоем, как туман над озером — густой, непроницаемый.
Мэй мечтает о браке — о сильном партнёре, достойном её. В мире шиноби сила рождает уважение, желание, подчинение. Победить её в бою — сломать гордость, разжечь огонь страсти.
Она сдастся победителю — по кодексу воина Кири, где слабый не достоин, или по женской природе, жаждущей равного. Её характер страстный, зрелый — после поражения она отдастся полностью, сможет родить сильного ребёнка, воспитать его, она сама хочет этого.
Первое. Как заманить. Тайно — без свидетелей, чтобы не вызвать скандал. Предложение "союза" — записка через посредника, или прямой подход ночью. "Разговор о мире между деревнями", "секрет Учиха для Мизукаге".
Она согласится — любопытство, долг. Место — уединённое озеро за деревней, в тумане, где никто не услышит.
Второе. Вызвать на бой — "Проверь силу Учиха против Мизукаге. Один на один. Без последствий". Гордость не позволит отказаться — она сильнейшая, реформатор, и не потерпит сомнений в своей мощи.
Третье. Бой: начать дистанционно. Её Йотон — реки лавы, потоки, плавящие землю. Её слабость, но она быстра, с элементами тайдзюцу.
После — завладеть у озера или в уединении, хорошо если захочет сама.
Итачи встал — туман сгущался с ночью, скрывая его силуэт. План готов — как лезвие, острый, без изъянов. Мэй — цель. Киригакуре награда.
http://erolate.org/book/438/39714
Готово:
